Расстрелянное Троицкое восстание в Никополе. Как это было

Расстрелянное Троицкое восстание в Никополе. Как это было
Картинка к: Расстрелянное Троицкое восстание в Никополе. Как это было

100 лет назад, 8 июня 1919 года, в Никополе произошло одно из самых драматичных событий гражданской войны — антибольшевистское Троицкое восстание.

Как известно, власть в нашем городе большевики захватили повторно в середине февраля 1919 года, свергнув законно избранную Демократическую Городскую Управу, проводившую политику Директории УНР. Были немедленно национализированы коммерческие банки, мельницы и дома, принадлежащие зажиточным горожанам. Вскоре в здании бывшего Азово-Донского банка (ул. Запорожская, 14), ставшем «Домом Совдепа», собрался Никопольский Совет Рабочих и Крестьянских Депутатов. Городская Управа была упразднена, а вместо неё избран Исполком Совета с канцелярией, 14 отделами и множеством подотделов, занявшими дома никопольских купцов Роя, Ерлашова, Зименса, Кравцова, Скляника, нотариуса Мазанкова, бывшую гостиницу «Германия», а также административные здания на главной улице — Городскую Управу и Волостное Правление.

Следуя политике «военного коммунизма», большевики печатали ничем не обеспеченное количество денег, вызвав тем самым гиперинфляцию и подорвав товарно-денежные отношения между городом и селом. Для того, чтобы кормить рабочее население городов, Красную армию, чиновников, советскую милицию и Чрезвычайную комиссию, развязавшую красный террор, по указке большевистского вождя Ленина в Советской России и оккупированной части Украины была введена продразвёрстка — повальное изъятие у крестьян под видом налогов зерна и прочих продуктов. Конечно, государственная монополия на хлеб была введена ещё в 1917 году, при Временном правительстве, затем продолжена при гетмане Скоропадском, а позже — при Директории УНР во главе с Симоном Петлюрой. Но тогда государственные мельничные агенты брали с крестьян за помол зерна лишь небольшой налог, причём часто деньгами, а не мукой. Теперь же, весной 1919 года, новые никопольские власти принялись рьяно изымать у крестьян зерно, стремясь выполнить директивы центральных российских властей и накормить голодающие Москву и Ленинград. В середине апреля большевики решили провести перепись всего имущества крестьян Никополя и его пригородов: Лапинки, Новопавловки и Довгалёвки. Но из этой затеи ничего не вышло: переписчики были избиты разгневанными крестьянами.

Мне в руки попал выпуск газеты «Известия Никопольского Совета Рабочих и Крестьянских Депутатов» от 1 мая 1919 года. Вот как лживая большевистская пресса описывает неудавшуюся перепись, называя простых крестьян, не желающих расставаться со своим кровно нажитым добром, «контрреволюцией», «кулаками» и «чёрной сворой»:

«СОБЫТИЯ В НИКОПОЛЕ. Контрреволюционные элементы, кулачество, буржуазия и вся чёрная свора Никополя опять пыталась выступить против советской власти, опять пыталась приподнять свою головушку… Понятно, что на открытое выступление против рабоче-крестьянской власти чёрная свора не решилась. Она использовала темноту широких масс, чтобы натравить её на свой Совет. События последних дней вкратце представляют себя в следующем виде: по постановлению Исполкома, ввиду отсутствия точных статистических данных о количестве и составе населения, назначена была перепись населения Никополя и предместий. Контрреволюция распустила по поводу предстоящей переписи нелепые слухи, будто после учёта имущества (а учёт имущества у рабочих и крестьян не производился) таковое будет конфисковано и т.д. Провокаторские слухи нашли себе почву в рядах крестьянских несознательных масс, и явившиеся на Лапинку переписчики были встречены вооружённой толпой; несколько человек переписчиков было избито. Но это лишь вступление к тому, что задумано было контрреволюционной сворой. Одновременно с этим зашипела погромная агитация, с призывом «бей жидов», «долой большевиков» и т.д. Особенно усиленно развилась эта агитация в воскресенье (27 апреля), и ко времени созыва волостного схода агитация достигла своего апогея. На сходе, понятно, доминирующую роль играли кулаки; они-то были заправилами схода, они не давали ни слова сказать прибывшим на сход членам Исполкома, Партии и Совета. По предложению кулаков сход вынес ряд трескучих постановлений, подписать коих никто не решился… Погромная агитация продолжалась. По сведениям чрезвычкома, кулаки готовили открытое выступление. Вследствие этого принят был ряд предупредительных мер. По призыву парткома все коммунисты и «Поалей-Ционисты» стали под ружьё, образовав стройный отряд. Город был объявлен на военном положении. Избрана была комендатура: комендант тов. Антипов и его помощники тов. Терещенко и Кириченко. В распоряжение комендатуры перешли все вооружённые силы города; приняты были решительные меры к предупреждению восстания. Трусливая свора спряталась. Настроение в городе всё же наэлектризованное. О событиях извещён центр».

Итак, 28 апреля 1919 года, уже на следующий день после неудачи с переписью, в Никополе и окрестностях было введено военное положение. Военный комендант Антипов немедленно издал два приказа, «направленных к поддержанию революционного порядка, предупреждению и пресечению провокационной, контрреволюционной и погромной пропаганды и попыток к действиям, идущим во вред Советской власти и интересам трудящихся».

Приказ №1 объявлял, что вся власть в городе перешла к Комендатуре. Были запрещены любые собрания. Театры, кино и рестораны работали теперь только до 23 часов. Любое передвижение по Никополю после наступления полуночи без специального пропуска было запрещено. Исключение делалось лишь для врачей и акушерок, а также для семейств, «в которых имеются тяжело больные члены семьи или беременные женщины». Запрещалась любая беспричинная стрельба. Каждый гражданин обязан был иметь при себе паспорт или удостоверение личности. Владельцы гостиниц, меблированных комнат и постоялых дворов были обязаны ежедневно сообщать в Комендатуру обо всех приезжающих. Рабочим, крестьянам, а также «всем честным гражданам» предлагалось доносить Комендатуре о нарушителях приказа. Соблюдение приказа возлагалось на милицию и ЧК. Нарушителям грозило «строжайшее наказание по законам военного времени».

Приказ №2 полностью развязывал руки милиции и ЧК: «В ночь с 28 на 29 апреля обнаружена попытка ограбления магазина Витигайловского на углу Херсонской и ул. Карла Либкнехта. Ввиду этого предписывается Советской милиции и Чрезвычкому грабителей, бандитов и всякого рода погромщиков расстреливать на месте преступления. Комендант города Антипов». Теперь любого можно было объявить бандитом, грабителем или погромщиком и расстрелять на месте без суда и следствия.

… Военное положение не уберегло большевиков от народного гнева. 8 июня, на Троицу, доведённые до отчаяния люди подняли восстание. По приговору народного суда за проведение грабительской политики «военного коммунизма» были расстреляны 16 большевиков, в числе которых особо ненавистные людям комендант города Антипов и комендант ЧК Антонов, председатель комитета КП(б)У Куксин, председатель Павлоградского исполкома Загребельный, военный комиссар Крепак, комендант железнодорожной станции Колесинский, председатель Президиума Совета рабочих, крестьянских и солдатских депутатов Ковалёв-Остроухов, член Президиума Дидик, три заведующих отделами исполкома Радионов, Калашников и Евдокимов, а также переметнувшийся к большевикам бывший городской голова Головко. Самым молодым из расстрелянных оказался 19-летний заведующий отделом народного образования Сергей Евдокимов, лишь год назад окончивший Никопольскую городскую смешанную гимназию. Этот поэт-мечтатель и пламенный революционер с кипучей энергией принялся за работу. За 2,5 месяца под его руководством городские гимназии и училища были преобразованы в «трудовые школы», а 18 мая открыт один из первых в Украине музеев изящных искусств, основу экспозиции которого составили произведения искусства, конфискованные у помещика Нечаева в селе Лукиевке. Из фондов городской библиотеки, находившихся в плачевном состоянии, была создана Центральная городская библиотека, а в Городском саду открылась детская площадка — первый детский сад в Никополе. Дети находились в саду с 8 утра до 4 часов вечера «под присмотром опытных воспитателей» и обеспечивались трёхразовым питанием. Целью площадки было «учить, кормить и развлекать детей». 8 июня Евдокимов был арестован восставшими и четыре дня вместе с Родионовым, Калашковым и Загребельным просидел в подвале бывшей Городской Управы. 12 июня по приговору народного суда он был расстрелян как непосредственный организатор переписи имущества. Вот как описывает это событие книга памяти Евдокимова, изданная большевиками год спустя после Троицкого восстания: «Антисоветское восстание, вспыхнувшее в июне 1919 года, унесло его в могилу. Он был убит 12 июня вместе с несколькими другими товарищами. Они сидели под арестом в подвальном помещении Городской Управы. Пришли убийцы, вызвали их и расстреляли. Евдокимов умер, до конца дней сохранив душевную чистоту и политическую честность».

Восстание продолжалось 10 дней. На его подавление из Александровска (Запорожья) был направлен 3-й интернациональный полк, в составе которого было множество наёмников-китайцев и печально известных латышских стрелков. Для придания огневой мощи в карательной экспедиции участвовал бронепоезд «Товарищ Ленин». Основные бои большевиков с восставшими развернулись 19 июня в районе железнодорожного вокзала. Подошедший бронепоезд обрушил на мирных крестьян шквальный огонь из орудий и пулемётов. Восстание потонуло в крови. Перрон и подступы к вокзалу были буквально завалены трупами повстанцев. Погибло не менее 1000 жителей нашего города. В течение последующих нескольких дней ещё десятки крестьян были схвачены ЧК и расстреляны по приговорам революционного трибунала…

В тот же день, 19 июня 1919 года, едва закончились бои, как на площади рядом с Преображенской церковью была сооружена братская могила, куда большевики торжественно перезахоронили «жертв кулацкого восстания». Дело в том, что в первый раз расстрелянных Антипова, Антонова и прочих большевистских руководителей похоронили на городском кладбище, без священника и почти при полном отсутствии народа. Теперь же победители-большевики сделали из этих кровопийц мучеников революции. За гробами шли профсоюзы и рабочие организации. Провожающие несли множество венков, звучали речи, посвящённые памяти «дорогих товарищей». А совсем рядом, у вокзала, лежали сотни непогребённых тел подлинных героев города.

В 1975 году, к 30-летию Победы в Великой отечественной войне, на пересечении проспекта Электрометаллургов и Херсонской улицы был сооружён Военный Мемориал с вечным огнём. Там, в братской могиле, были захоронены воины, погибшие при освобождении Никополя от немецко-фашистских захватчиков. Туда же в очередной раз были перенесены останки шестнадцати расстрелянных в 1919 году большевиков.

…Несмотря на прошедшие годы, память о восстании жива. 8 июня 2013 года, в 94-ю годовщину тех страшных событий, стараниями никопольчан-патриотов в парке Победы был открыт памятный знак с надписью: «Героям антибольшевистского Троицкого восстания 1919 года ВЕЧНАЯ СЛАВА». Хочется верить, что пока люди помнят о преступлениях коммунистов, подобное больше никогда не повторится.

Павел Фирсов

Источник: https://nikopolnews.net

Читать предыдущую

Как Великий Луг и плавни стали Каховским «морем»

Читать следущую

Об истории пожарного дела в Никополе

Каталог предприятий Никополя

+ Добавить предприятие